«Мир и Омониа» - Мир и Согласие – извечная наша мечта… «Мир и Омониа» - прочь разногласия, в гармонии – Бог, красота…. !

ПРОВИНЦИАЛКА, ВЕРШИВШАЯ СУДЬБЫ ИМПЕРИИ ИЛИ БЕЗОТВЕТНАЯ ЛЮБОВЬ ГРАФА КАПОДИСТРИИ Роксандра Струдза, в замужесте Эдлинг

ПРОВИНЦИАЛКА, ВЕРШИВШАЯ СУДЬБЫ ИМПЕРИИ ИЛИ БЕЗОТВЕТНАЯ ЛЮБОВЬ ГРАФА КАПОДИСТРИИ

  • 24/01/2018
  • 568
Это был не просто платонический роман со вздохами на скамейке. Все было намного сложнее и запутанней. Почти по Фрейду, говоря современным языком.

Любимая фрейлина императрицы Елизаветы Алексеевны Роксандра – граф Каподистрия – император Александр Первый - вот такой вот любовный треугольник, в котором каждое имя – более чем значимо… Была страсть и эмоциональный накал, был, конечно, и сам роман в переписке с неожиданным финалом… И было то самое пушкинское «разбитое корыто», у которого осталась царская фаворитка, светская львица, внучка и сестра господаря… Впрочем, обо всем по порядку.

Из провинции в Санкт-Петербург

Постараемся обойтись без романтического флера. Благо, остались мемуары и документы современников. Переписка Жозева де Местра, письма царицы, воспоминания Ф.Вигеля, Ф.Ростопчина, Каролины Фрейштат и, наконец, самой Роксандры, ставшей графиней с немецкой фамилией Эдлинг.

Роксандра Скарлатовна Стурдза родилась в 1786 году в Константинополе в молдавско-греческой семье, принадлежавшей по материнской линии к старой византийской аристократии. Когда девочке было пять лет, семья переехала в Россию, где ее отец вступил на русскую службу. Знатное происхождение не компенсировалось достатком – Стурдзы жили довольно скромно, если не сказать бедно. Средств на проживание в столице у них не было, поэтому вначале семья эмигрантов поселилась в белорусском имении, расположенном в 30 верстах от Могилева-на-Днепре, купленном на остатки денег. Вместе со своим братом Александром – будущим дипломатом, писателем и религиозном философом, Роксандра воспитывалась в греческом духе: в доме говорили на греческом языке. Мы помним хрестоматийную пушкинскую няню, чье влияние на творчество поэта до сих пор изучают в средних образовательных учреждениях в России. Так вот, на детей молдавского боярина колоссальное влияние оказала такая же женщина – няня-гречанка родом с острова Сирос - Мария Сантамурас. Любовь ко всему греческому и религиозность, заложенная няней, продолжала развиваться, благодаря влиянию искренне верующего отца и поддерживалась чтением сочинений в духе Клопштока – немецкого религиозного поэта. К моменту долгожданного переезда из провинции в Санкт-Петербург, семнадцатилетняя Роксандра представляла из себя экзальтированную, мистически настроенную и весьма начитанную особу. Это характерное для нее настроение частично объяснялось и обстоятельствами личной жизни - самоубийством старшего брата Константина и ранней смертью любимой сестры. Именно в Петербурге Роксандра и ее брат познакомились с еще одним политическим эмигрантом из Греции – графом Каподистрия. Вскоре граф стал завсегдатаем гостеприимного дома Стурдзы.

 Иезуиты, масоны и особый «случай»

 «...Старше нас по возрасту, он уже пытался осуществить великолепную мечту, посвятив лучшие годы юности созданию на родных Ионических островах республики, которую Тильзитский мир только что разрушил...», - впоследствии вспоминала Роксандра. Однако, девушка жила не только мечтами и беседами о прошлом величии Греции и ее печальном настоящем: природный романтизм в ней сочетался с житейской трезвостью и расчетливостью. За считанные годы она проделала удивительный карьерный путь от провинциалки до придворной фрейлины и наперсницы императрицы. Как ни странно, но в этом Роксандре – девице глубоко набожной и твердой в православной вере – помогли иезуиты и масоны. В частности, влиятельный в придворных кругах сардинский посланник иезуит и масон Жозеф де Местр и графиня Варвара Головина, чей дом в Санкт-Петербурге был центром католической пропаганды в высшем петербургском обществе. С их помощью Роксандра вошла в близкие к императорской семье круги, терпеливо ожидая своего «случая». Честолюбивой фанариотке повезло. Благодаря своему уму и умению говорить, она обворожила всех троих — и обеих цариц, и царя, и одновременно нажила себе массу недоброжелателей, которые называли ее «притворщицей» и «интриганкой». Роскандра старалась не замечать косых взглядов и сплетен, так как перед собой она поставила несколько связанных целей - восстановление благополучия семьи Стурдза, обретение независимости Греции и близость с Александром I. Причем, возможность интимно влиять на российского императора являлась главенствующей целью, так как без этого влияния достичь остальных целей Роксандре было бы просто невозможно.

Фаворитка императора и влюбленный граф

Что ж, ее возможности влиять на административные решения росли, как на дрожжах. Придворные становились в очередь, чтобы добиться ее внимания, когда хотели сделать приятное монарху: «Выбор пал на меня, ибо все знали, что император питает ко мне предпочтение», — позже обмолвится Стурдза в своих «Записках».

Император Александр Первый


Это было время, когда женщины «делали» политиков. Так и Роксандра «пристраивала» на должности не только своих родственников, но и знакомых, среди которых было немало греков. Именно благодаря этой юной женщине, граф Каподистрия получил свое назначение на первый серьезный пост в министерстве иностранных дел. До этого он откровенно прозябал на рядовой должности чиновника в этом же министерстве в Санкт-Петербурге (он был причислен в чине статского советника Коллегии иностранных дел, позже переименованном в министерство, без какой-либо определенной должности и привлекался только эпизодически для написания записок, главным образом, по вопросам восточной политики России и положению на Балканах).

С 1812 года главнокомандующим Дунайской армии был назначен адмирал Павел Васильевич Чичагов - близкий друг и покровитель семьи Стурдзы. При некоторых хлопотах со стороны Роксандры,  Каподистрия попал на службу в канцелярию армии, где отвечал за ведение дипломатических переговоров.  И в дальнейшем Роксандра никогда не забывала о своем старшем наставнике и близком приятеле. Можно вполне уверенно говорить, что без содействия этой девушки Каподистрия вряд ли бы достиг вершин власти в государственном аппарате Российской империи и не состоялся бы как политик.

Вот, к примеру, как решила Роксандра вопрос об очередном назначении графа после завершения его миссии в Швейцарии в 1814 г. В разговоре с царем находчивая фаворитка умело польстив ему, взяла «быка за рога», упомянув о Каподистрии: «Я знаю, государь, что вы отличили человека, который конечно имеет много достоинств. Я в нем принимаю участие как в соотечественнике и в давнишнем знакомце». После чего следует уже подготовленная ходом самой беседы желательная для Роксандры реплика Александра I, что ему нужен «человек довольно сильный для борьбы с Меттернихом» (австрийским канцлером), и он готов «приблизить к себе графа Каподистрию». И Каподистрию вызывают в Вену на конгресс…

Граф Каподистрия


«…Я была целью его трудов…»

В этот же период наметились и кардинальные перемены в отношениях между Каподистрией и Роксандрой.  Несмотря на его внешний аскетизм, выдержанный и ровный характер, человеческие эмоции отнюдь не были чужды графу. В истории осталось имя первой возлюбленной Каподистрии – графини Изабеллы Феотокис, дочки правителя средиземноморской греческой Республики Семи островов. Второй женщиной, к которой он испытывал самые глубокие чувства, стала Роксандра Стурдза. Если раньше Каподистрия относился к ней, как наставник к ученице, то теперь увидел в ней близкого человека, которому стал поверять свои самые интимные мысли и чувства.  По воспоминаниям Роксандры, граф жаждал прочитать ей свой дневник, чтобы доказать, что, «несмотря на разлуку нашу, на разные обстоятельства и невзгоды, причиненные войною, воображение его постоянно занято было мною, что я была целью его трудов и что, сообщив мне о том в присутствии моей семьи, он попросит моей взаимности». Однако, молодой девушке казалось, что «покой ее жизни» будет разрушен иным образом. «Я откладывала решение до того времени, как увижусь со своими (семьей), и продолжала писать графу Каподистрии с дружеским чувством сестры, предоставляя судьбу свою Провидению», - писала она. Информация о переписке вскоре стала достоянием света благодаря той же Роксандре. Поползли слухи, будто бы Роксандра и Каподистрия «располагают сочетаться браком, который считали весьма приличным».

Перстень с бабочкой

Кульминация их эпистолярного романа пришлась на Австрию, куда на переговоры о будущем Европы приехал царь вместе со своим двором, и одновременно из Швейцарии приехал Каподистрия.  Между ним и Роксандрой состоялось серьезное объяснение. Фрейлина заявила графу, что не желает больше толков в обществе относительно брака и предлагает ему свою дружбу «как сестра», а от него просит «братского чувства»: «Не знаю, понял ли граф Каподистрия мою мысль, по-видимому, слова мои его тронули, и мы разошлись с изъявлениями взаимного доверия и дружбы. Мне только этого и было нужно, и я умоляла лиц, принимавших во мне участие, не мешаться более в наши отношения, которые они не могли оценить…» - вспоминала Роксандра.

Финалом истории несостоявшегося сватовства Каподистрии стала знаменитая сцена с подаренным им Роксандре   перстнем. Отвергнутый граф чувствовал себя уязвленно. Практически ежедневно видясь в Вене с Роксандрой и ее матерью, он не только не показывал своего участия к ней, но и разговаривал с женщиной «с непонятною резкостью». В один из таких дней он подарил ей перстень, на котором была вырезана бабочка (символ души), сгорающая в огне свечи…

Отставка и «разбитое корыто»

Есть все основания глубоко сомневаться в искренности поступка Роксандры. Для нее – отнюдь не красавицы, брак с внешне привлекательным графом, восходящей звездой в министерстве иностранных дел, конечно, был желанным. Однако, Роксандра прочно вошла в роль фаворитки императора, стала его ближайшей наперсницей и, видимо, мечтала не только упрочить этот статус, но и сохранить его как можно дольше.

Императрица Елизавета Алексеевна, супруга Александра Первого


Вот как описывали Роксандру современники: «Наружностию ее плениться было трудно: на толстоватом, несколько скривленном туловище была у нее коровья голова. Но лишь только она заговорит, и вы очарованы, и даже не тем, что она скажет, а единственно голосом ее, нежным, как прекрасная музыка…»

Отвергнув Каподистрию, Роксандра даже в страшном сне не могла предвидеть, что император через некоторое время отвергнет и ее общество. Впрочем, к «отставке» Роксандры приложила руку и императрица, которой стала надоедать фрейлина, чрезмерно сблизившаяся с ее венценосным супругом. В итоге царь, как истинный византиец, вежливо отстранился от фаворитки, предложив Роксандре в качестве супруга … того же Каподистрию, что было для нее «полной неожиданностью».

«Мне хотелось бы, чтобы вы устроились вблизи нас, и с этой целью я подыскал вам человека, способного составить вам счастие. Из близких ко мне один Каподистрия был бы вас достоин», - заявил император потрясенной женщине. Судя по мемуарам Роксандры, для нее это был шок. Затем последовало ее устранение от двора, скороспелое замужество со скучным и заурядным веймарским дипломатом, графом Эдлингом, малоприметное существование то в Одессе, то в Бессарабии, где безземельным Стурдзам удалось-таки выпросить себе долгожданное поместье.

Добавим, что Роксандра на Венском конгрессе старалась привлечь внимание Александра Первого к делам Балкан, передала ему записку о греческом вопросе и устроила встречу с греческой диаспорой… Однако, склонить вечно колеблющегося царя к поддержке повстанческих планов греков ей не удалось. Так же, как и не удалось стать супругой правителя независимой Греции. Мне почему-то хочется верить, что она об этом искренне жалела…

 

Сергей ГАЛАНИ,

историк

специально для «МиО»

 

 

 

 

 

 

 

 

Top